Элизабет Шорт. Между влюблёнными возникла активная переписка, содержавшая, впрочем, довольно мало смысла. Самое существенное в ней заключалось в том, что Мэтт и Элизабет решили бракосочетаться в октябре 1945 г.

Свадьба не состоялась. Гордон погиб на обратном пути из Индии в авиакатастрофе.

Случившееся довольно своеобразно повлияло на Элизабет. С той поры, общаясь с мужчинами, она стала иногда рассказывать о своём неудачном замужестве и рождении мёртвого ребёнка. Довольно необычная фантазия для девственницы! Кроме этого, прыть потенциальной невесты ничуть не уменьшилась, и она продемонстрировала огромную настойчивость в «разработке» потенциальных женихов. Элизабет Шорт умудрилась разыскать Гордона Фиклинга (место службы которого в Европе не знала) и передать ему письмо.

Между ними возникла оживлённая переписка, в ходе которой Элизабет смогла убедить Гордона в нежных чувствах, которые он якобы разбудил в ней. Молодой человек не догадался поинтересоваться, почему эти нежные чувства спокойно пребывали в спячке целый год и проявились только теперь. Гордон Фиклинг воспрянул духом и испросил у начальства короткий отпуск для поездки в Штаты; на 2 дня он приехал в Чикаго, туда же приехала и Элизабет.

Она была нежна, романтична, весела и непосредственна, но мужественному лейтенанту в интимной близости наотрез отказала. Нетрудно понять, сколь яркую гамму чувств пережил доблестный защитник американского неба! Он был обескуражен и чувствовал себя обманутым в ожиданиях. Стоило лететь через Атлантику, чтобы покушать мороженое и переспать с симпатичной девушкой на разных кроватях в мотеле!

Калифорнийские газеты, внимательно следившие за ходом расследования «дела Элизабет Шорт», уделили немалое внимание Джозефу Гордону Фиклингу. Бедолага, сам того не зная, одномоментно сделался очень известным в Калифорнии человеком. А всего-то надо было познакомиться с девушкой, которую впоследствии убьют… Наверняка Джозеф и сам был не рад такой славе!

Когда лос-анджелесские детективы узнали о том, как Элизабет Шорт вела себя с лейтенантом Фиклингом, они немедленно пожелали проверить его alibi. Не всякий мужчина смог бы бесстрастно выносить ту манеру общения, которую навязывала своим ухажёрам Элизабет! Однако, ответ на запрос, направленный в Пентагон, оказался обескураживающе кратким: в течение января 1947 г. лейтенант Фиклинг не оставлял расположения своей части в Германии, а значит, он никак не мог совершить убийство на другой стороне земного шара.

28 января 1947 г. на почте был задержан конверт с неправильно указанным адресом. В верхней части конверта было от руки написано: «Лос-анджелесский „Экземинер“ и другие издания», ниже помещались две надписи, сделанные из газетных букв. Они гласили: «Это принадлежит Далие» и «следует письмо».

Внутри странного конверта находились: свидетельство о рождении Элизабет Шорт, карточка её социального страхования, три фотографии погибшей, полдюжины визитных карточек на разные фамилии, записная книжка, принадлежавшая Марку Хансену, с большим количеством фамилий и телефонов, а также записка, набранная из вырезанных из газет слов. Текст гласил: «Такой молодой! Я сделаю его, как я сделал Чёрного Георгина» и подпись «Мститель за Чёрного Георгина».

Стрелка указывала на фотографию мужского лица, которая была подписана от руки: «Следующий». Смысл этого послания был довольно неясен. Трудно было понять, что же именно хотел выразить его автор. Немало американских историков поломало голову над тем, чтобы дать сколь-нибудь правдоподобную трактовку этого коллажа.

В течение нескольких дней удалось выяснить, что аноним использовал фотографию 17-летнего Арманда Роблеса. Этот молодой человек был из семьи британских евреев, выехавших на постоянное жительство в Палестину. Он имел родственников в США (они-то и опознали его на фотографии), но сам никогда не бывал в Америке и не имел к Элизабет Шорт никакого отношения. Несомненно, анонимка была изготовлена для того, чтобы дезориентировать полицию в её поисках. Возможно, что автором этого письма действительно был преступник, убивший Элизабет Шорт, хотя это так никогда и не было доказано. Полиция, несмотря на все ее усилия, не смогла проследить путь, каким фотография Роблеса попала в руки анонима.

Фотография анонимки, подписанная «Мститель за Чёрного Георгина».

При внимательном изучении присланной записной книжки Марка Хансена стало ясно, что из неё были аккуратно вырваны четыре последних страницы.

Первое, что приходило на ум, — все присланные вещи находились в момент убийства при Элизабет Шорт. Невозможно представить, чтобы она отдала кому-либо свою карточку социального страхования или свидетельство о рождении. С другой стороны, эти документы могли быть у неё украдены до убийства. Но в этом случае случайный грабитель или вор никак не мог получить в своё распоряжение записную книжку Марка Хансена. Весьма маловероятно, что Шорт и Хансен были ограблены одновременно; во всяком случае, Марк при допросе в полиции ни о чём подобном не сообщал. Человек, приславший это письмо, явно рассчитывал бросить тень на Хансена, и это ему отчасти удалось. Но, вместе с тем, такая посылка косвенно указывала на то, что Хансен убийства Элизабет Шорт не совершал.

На допросе в полиции Марк Хансен признал, что записная книжка действительно принадлежала ему, но он никак не смог объяснить, каким образом она могла оказаться вместе с документами погибшей женщины в чужих руках. Хансена детективы очень серьёзно допрашивали, рассчитывая получить признание в том, что он был обворован, но продюссер никаких признаний не сделал. Хорошее адвокатское сопровождение помогло ему избежать недобросовестных полицейских трюков и, в конце концов, следователи отпустили Хансена.

Лишь через год любовница Марка Хансена — некая Энн Тон — сообщила полиции, что продюссер действительно был обворован в декабре 1946 г. Тогда у него была похищена записная книжка и большая сумма наличными. Воровкой оказалась… Элизабет Шорт. Хансен был в ярости от случившегося и рассказывал встречным и поперечным о том, как кокетка обманула его доверие. Но когда через месяц Шорт была найдена убитой, Хансен моментально сообразил, что может с лёгкостью превратиться в подозреваемого, если будет продолжать болтать лишнее. Поэтому когда детективы стали наводить у него справки об исчезновении записной книжки, Марк стал ссылаться на забывчивость и факт кражи не признал.

Фотография 17-летнего Арманда Роблеса и его матери в газете «Herald express» от 31 января 1947 г.

Шло время. В течение 1947 г. лос-анджелесские детективы серьёзно проверили в общей сложности 20 человек, которые в силу разных причин могли быть заподозрены в причастности к убийству Элизабет Шорт. И в феврале 1948 г. удача им улыбнулась: из Флориды пришло анонимное письмо, автор которого весьма красочно живописал обстоятельства убийства Элизабет Шорт. Письмо попало в руки к детективу Джону Полу де Ривера, который решил, что перед ним плод эпистолярных потуг настоящего убийцы. Может показаться удивительным, но детективам удалось проследить путь письма и установить его автора. Им оказался некий Лесли Диллон.

Последний год он жил во Флориде, но до этого — в Лос-Анджелесе. Во время убийства Элизабет Шорт